Почему мы замечаем чужие ошибки и не видим свои

Нам кажется, что мы достаточно самокритичны. Что мы умеем признавать ошибки. Что уж про себя-то мы точно всё понимаем. Но в реальности происходит странная вещь: чужие промахи мы видим мгновенно, а свои — либо не замечаем вовсе, либо находим им десятки оправданий. И это не про лицемерие. Это про устройство психики.

Чужая ошибка всегда снаружи. Её видно. Её можно рассмотреть, обсудить, назвать. Она не угрожает нашей идентичности. Более того, она часто её укрепляет: я бы так не сделал, я понимаю лучше, со мной такого не случилось бы. В этот момент мозг чувствует безопасность и даже небольшое превосходство. Всё понятно, всё на своих местах.

Своя ошибка — совсем другое дело. Она не просто факт. Она бьёт по образу себя. По ощущению «я разумный», «я стараюсь», «я хороший». И психика включает защиту. Не осознанно, не специально, а автоматически. Ошибка начинает выглядеть не как ошибка, а как вынужденная мера, обстоятельство, реакция на чужие действия, сложную ситуацию, неправильное время.

Здесь и появляется эффект «слепого пятна». Мы не видим в себе не потому, что не хотим, а потому что не можем смотреть на себя так же, как на других. У нас нет дистанции. Мы внутри своих мотивов, чувств, страхов, оправданий. Мы знаем, почему так поступили. И это знание подменяет видение результата.

Есть важная асимметрия: — чужие ошибки мы оцениваем по результату, — свои — по намерению.

Он накричал — значит, агрессивный. Я накричал — потому что довели.

Он сорвался — значит, слабый. Я сорвался — потому что был на пределе.

Фактически произошло одно и то же. Но интерпретация разная. Не из злобы, а из самосохранения. Потому что если оценивать себя так же жёстко, как других, можно разрушиться изнутри.

Есть ещё один момент, гораздо более тонкий и болезненный. Чужие ошибки часто подсвечивают наши собственные, особенно те, которые мы не готовы признать. Поэтому они так раздражают. Нас особенно злит не абстрактная глупость, а та, в которой мы узнаём что-то знакомое. То, что в себе видеть страшно или стыдно.

Например, человек, который терпит и молчит, остро реагирует на чужую пассивность. Тот, кто боится ответственности, раздражается на «безответственных». Тот, кто не умеет говорить «нет», бесится от чужой мягкости. Это не правило, но частый механизм: мы сильнее всего видим то, от чего отворачиваемся в себе.

Почему же так трудно увидеть свои ошибки напрямую? Потому что это требует не интеллекта, а выдержки. Нужно выдержать мысль: я мог поступить иначе. Я участвую в том, что со мной происходит. Я не только жертва обстоятельств. Это не про вину, а про ответственность. Но психика путает одно с другим и защищается заранее.

Очень часто человек говорит: я знаю свои недостатки. Но знать — не значит видеть. Можно годами перечислять свои «минусы» и при этом не замечать ключевых паттернов: как ты выбираешь, как реагируешь, как снова и снова оказываешься в похожих ситуациях. Потому что слепое пятно — это не то, о чём ты не думал. Это то, что кажется настолько нормальным, что не попадает под сомнение.

Парадокс в том, что чужие ошибки мы видим именно потому, что они не встроены в нашу идентичность. Мы можем быть объективными там, где ничего не защищаем. А вот когда речь заходит о себе, включается не логика, а охрана образа «я». И чем важнее этот образ, тем сильнее слепота.

Выход здесь не в том, чтобы начать жёстче себя критиковать. Это только усилит защиту. Выход — в смене вопроса. Не кто виноват, а как я здесь участвую. Не что они сделали не так, а почему я снова оказался в этой точке. Эти вопросы не про самообвинение. Они про расширение поля зрения.

Очень показательный момент — обратная связь. Когда тебя что-то особенно задевает в словах другого, когда хочется спорить, защищаться, доказывать, — это часто не про несправедливость, а про касание слепого пятна. Не всегда. Но достаточно часто, чтобы к этому прислушиваться.

Мы замечаем чужие ошибки и не видим свои не потому, что мы плохие или нечестные. А потому что себя мы защищаем, а других — анализируем. И это нормально. Проблема начинается тогда, когда защита становится настолько сильной, что лишает нас возможности меняться.

**Осознанность начинается не с обвинений, а с любопытства к себе. **С готовности иногда допустить мысль: возможно, я не всё вижу. Это не слабость. Это единственная позиция, из которой возможен рост.

Потому что пока все ошибки находятся снаружи, изменения невозможны. А как только появляется готовность увидеть свою роль — не как вину, а как участие, — слепое пятно начинает сдвигаться. Медленно. Неприятно. Но именно там, где раньше было «они такие», появляется пространство для настоящих, устойчивых изменений.

Мы замечаем чужие ошибки и не видим свои не потому, что мы плохие или нечестные. А потому что себя мы защищаем, а других — анализируем. И это нормально. Проблема начинается тогда, когда защита становится настолько сильной, что лишает нас возможности меняться.